Нобелевская премия 2026: за что дали

Физика: телескоп изо льда

Премию по физике целиком получил бельгийско-американский физик Фрэнсис Хальцен. Её дали за решающий вклад в создание нейтринной обсерватории IceCube и за открытие нейтрино высоких энергий, прилетевших из далёкого космоса. Делить премию не пришлось ни с кем, и в последние годы это редкость.

Нейтрино называют частицами-призраками. Они почти не взаимодействуют с веществом: каждую секунду через ваш ноготь пролетают десятки миллиардов нейтрино от Солнца, и вы этого никак не чувствуете. Они проходят сквозь планету, как свет сквозь стекло. Поймать такую частицу можно, только если очень повезёт, поэтому детектор должен быть огромным.

Хальцен предложил использовать вместо цистерны с водой сам антарктический лёд. Возле станции на Южном полюсе горячей водой пробурили 86 скважин глубиной до двух с половиной километров и опустили в них больше пяти тысяч светочувствительных датчиков. Получился детектор объёмом в кубический километр. Когда нейтрино всё-таки сталкивается с ядром атома во льду, рождается заряженная частица, и она вспыхивает слабым голубым светом. Датчики ловят эту вспышку и по ней определяют, откуда прилетело нейтрино.

Первые два нейтрино из-за пределов Солнечной системы IceCube поймал в 2012 году, учёные в шутку назвали их Берт и Эрни, в честь героев детской передачи. Потом детектор нашёл источники: в 2018 году нейтрино пришло от блазара, галактики с активной чёрной дырой, а в 2023 году удалось составить первую «нейтринную карту» нашей собственной Галактики.

Почему это важно. Свет от далёких объектов поглощается пылью, а заряженные частицы отклоняются магнитными полями. Нейтрино летят по прямой и ничем не задерживаются. Это новый способ смотреть на Вселенную: не глазами телескопа, а частицами, которые приходят прямо из самых бурных мест космоса.

Химия: почему жизнь «левая»

Премию по химии разделили француз Анри Каган и японец Кэнсо Соаи. Формулировка звучит сложно: открытие нелинейных эффектов и автокатализа в асимметричном органическом синтезе. Разберём по частям.

Посмотрите на свои ладони. Они одинаковые, но совместить их нельзя: левая перчатка не налезет на правую руку. Многие молекулы устроены так же, у них есть «левая» и «правая» версия, зеркальные друг другу. Такие молекулы называют хиральными, от греческого слова «рука». Состав у двух версий одинаковый, а свойства бывают разными. Например, одна форма вещества карвона пахнет мятой, а её зеркальный двойник тмином. С лекарствами ещё серьёзнее: одна форма лечит, другая бесполезна или вредна.

Каган в 1980-х заметил странность. Если взять катализатор, в котором «левых» молекул лишь немного больше, чем «правых», продукт реакции может получиться гораздо чище, чем ожидалось. Зависимость не прямая, а нелинейная, отсюда и название. Соаи в 1995 году пошёл дальше и нашёл реакцию, продукт которой сам ускоряет образование таких же молекул, как он. Это автокатализ. Крошечный перевес одной формы, доли процента, за несколько циклов вырастал почти до ста процентов.

Зачем это нужно. Во-первых, так проще получать чистые лекарства. Во-вторых, это подсказка к одной из главных загадок науки. Все белки живых существ собраны из «левых» аминокислот, а сахара в ДНК «правые». Почему жизнь выбрала одну руку? Реакция Соаи показывает, как случайный маленький перевес мог когда-то усилиться сам собой.

Медицина: выключатель для нейронов

Премию по физиологии и медицине получили американец Карл Дейссерот и немцы Петер Хегеман и Георг Нагель: за открытие ионных каналов, которые открываются светом, и создание оптогенетики.

Всё началось с одноклеточной водоросли хламидомонады. Она плывёт к свету, и у неё есть светочувствительное пятнышко. Хегеман и Нагель в начале 2000-х выяснили, что в нём работает белок каналородопсин: на свету он открывает в мембране клетки крошечную дверцу для заряженных частиц.

Нервная клетка работает похожим образом: сигнал по ней бежит, когда через мембрану проходят ионы. Дейссерот в 2005 году догадался встроить ген водорослевого белка в нейроны. Теперь нужный нейрон можно включить вспышкой синего света, причём точно, за тысячные доли секунды. Позже нашли и белки-«выключатели».

Оптогенетика стала одним из главных инструментов науки о мозге. С её помощью на мышах нашли нейроны, которые отвечают за страх, голод, сон и память. А в 2021 году врачи сообщили, что пациенту, ослепшему из-за болезни сетчатки, оптогенетическая терапия вместе со специальными очками частично вернула зрение: он снова смог видеть предметы на столе.

Где это в школьной программе

Если ребёнку интересно, хороший способ закрепить тему: попросить его объяснить одну из премий младшему брату или родителям. Если получилось за пять минут и без бумажки, значит, понял по-настоящему.

Для старшеклассников премии полезны ещё и как материал. В индивидуальном проекте 10–11 класса тема вроде «Как ловят нейтрино» или «Почему лекарства бывают левыми и правыми» выглядит свежо и даёт много источников. А на устной части экзаменов и собеседованиях в профильные классы умение коротко рассказать о научной новости своими словами всегда производит хорошее впечатление.

Как устроена премия

Лауреатов объявляют в первую половину октября, а вручают премии 10 декабря, в день смерти Альфреда Нобеля. В каждой номинации премия составляет 12 миллионов шведских крон, если лауреатов несколько, сумму делят. Выдвинуть себя самому нельзя: кандидатов предлагают учёные, которых комитет приглашает каждый год.

Частые вопросы